В декабре 1999 года про наш завод написали «Известия» — и с фразы, в которую сегодня трудно поверить: «Теперь даже в Европейском банке реконструкции и развития знают, что такое Чагода». Чагоду корреспондент помянул для красного словца — как узнаваемый райцентр, — но речь в статье шла именно о нашем Покровском стекольном заводе в Сазонове.

Крупнейший международный банк Европы всерьёз заинтересовался его стеклотарным производством. И это не осталось словами — банк действительно пришёл в посёлок.

Конец 1990-х завод встретил тяжело. Корреспондент «Известий» вспоминал сцену, которую застал сам: в гастрономе у пустых прилавков стояла очередь, как при социализме, — рабочим объявили, что хлеб теперь будут выдавать в счёт зарплаты. Несколькими годами раньше завод, главный налогоплательщик района, и вовсе останавливался.

Вытянуло завод стекло — точнее, пиво. В 1998 году был заключён первый договор с «Балтикой», и петербургские пивовары стали покупать сазоновскую бутылку и вкладываться в производство. Их привлекали не только налоговые льготы, но и то, чего не купишь, — потомственные стеклодувы, работавшие со стеклом из поколения в поколение. Уже за четыре месяца 1999 года «Балтика» вложила в новое производство на заводе 13 млн рублей. К концу года на петербургских пивоваров — «Балтику» и «Браво» — уходило около 70 процентов сазоновских бутылок.

Результат для посёлка был осязаемым: завод снова заработал с прибылью, при профтехучилище открыли новую группу стеклоделов, а в Сазонове открыли для детей школу искусств.

На этом фоне и появился неожиданный гость. Президент венчурного фонда ЕБРР Кнут Борг лично приехал в район: его заинтересовал проект цеха стеклотары на Покровском заводе. Борг заявил, что банк готов расширять производство при условии покупки крупного пакета акций завода.

Областные и районные власти отнеслись к идее с осторожным оптимизмом. Первый вице-губернатор Алексей Плеханов назвал сделку нормальной — инвестор хочет гарантий, тем более что доли государства в заводе не было. А глава района Юрий Петров, выразив надежду, что после всех юридических формальностей сделка с Евробанком состоится, легонько постучал по деревянной столешнице — чтобы не сглазить.

Так и вышло. Уже весной 2000 года стало известно: на Покровском заводе начинается строительство третьего цеха по производству пивных бутылок — с мощностью дополнительно около 165 млн бутылок в год. Кредитором стройки выступил Европейский банк реконструкции и развития. Тот самый банк из декабрьской заметки перешёл от слов к делу: в 2000 году ЕБРР кредитовал модернизацию и расширение сазоновского производства, а затем вошёл в число совладельцев завода через инвестиционный фонд.

Так небольшой посёлок на реке Песь на несколько лет оказался точкой на карте европейского банка. Завод рос на пивной бутылке и европейских деньгах — и это был один из самых успешных периодов в его новейшей истории.

Европейское участие оказалось не финалом, а этапом. В 2004 году контрольный пакет завода — 78 процентов, ранее принадлежавших фонду с участием ЕБРР, — выкупил турецкий стекольный холдинг «Şişecam». Банк вышел из состава акционеров, а для завода начался, пожалуй, самый масштабный период модернизации: турки провели коренную реконструкцию стеклотарного производства, построили новые мощности и за 2004−2012 годы вложили в предприятие порядка 1,4 млрд рублей. Завод выпускал облегчённую пивную бутылку из зелёного и коричневого стекла, а также тару под вино и шампанское.

Перелом наступил лишь в начале 2010-х. С 2012 года из-за проседания рынка стеклотары и того, что холдинг приобрёл новые заводы, сазоновское производство стало для компании невыгодным — его постепенно сокращали, пока не остановили полностью с 1 июля 2013 года. Дальнейшее в посёлке помнят хорошо: восемь лет простоя и перезапуск после реконструкции в марте 2021-го.

Но это уже другая глава. А та, декабрьская 1999 года, осталась историей о том, как за считаные годы завод прошёл путь от очереди за хлебом в счёт зарплаты до партнёрства с Европейским банком. Похоже, по дереву тогда постучали не зря.